Так уж получилось, что сегодня — не только мой день рождения, но и годовщина смерти отца.
Год, как его не стало…
Он хотел сына, а родилась я. И он знал, что других детей не будет — и я-то родилась чудом… у моей матери не могло быть детей. Он решил не расстраиваться, а воспитывать меня как мальчика (тем временем бабушка пыталась воспитать из меня «благородную девицу», мать — естественнонаучного гения, и все остальные тоже пытались лепить что-то своё… чтобы остаться собой, мне пришлось отодвинуть всех в сторону и брать только то, что интересно).
В три года отец учил меня приемам самбо («Всегда надо давать сдачи… и лучше давать сдачи раньше, чем тебя обидят»). Пригодилось: уверенность в том, что я всегда могу за себя постоять, гасила все конфликты в зародыше 😉
В пять лет научил играть в шахматы (надеялся, что стану чемпионкой мира, но шахматы мне быстро надоели — годам к десяти). Примерно тогда же научил кататься на лыжах (гонять по лесу мне было скучно, а вот крутые горки и трамплины понравились — у нас в Битце их было предостаточно ;)). Ещё научил плавать (чуть не утопив в процессе;)) и кататься на велосипеде (разгоняться я научилась быстро, а вот тормозить — не сразу… всё детство прошло с разбитыми коленками;))
Лет в десять познакомил с компьютерами — он сам ими увлекся незадолго до этого, бросил свою авиационную промышленность и как-то быстро стал начальником вычислительного центра (компьютеры были огромными шкафами с перфокартами и перфолентами). Я даже начала учить Алгол и Фортран, но забросила — показалось занудно;)
(дальше многое стоит зачеркнуть — «алкоголизм — это не шутка»
(с). В одиннадцать я разругалась с ним насмерть и пожелала ему сдохнуть — он в бешенстве вылетел из дома и попал в автомобильную аварию… за те две недели, что он был в коме, я научилась не желать людям зла даже в мыслях).
В двенадцать научил играть в преферанс — чтобы было с кем «расписать пулю», если друзей собралось слишком мало (впрочем, всем остальным карточным играм я научилась существенно раньше). Вскоре я начала всех обыгрывать — сначала он радовался, а потом стал обижаться… пришлось забросить 😉
Лет в четырнадцать я стала иногда ездить с ним в командировки, благо, к этому времени школу я могла прогуливать когда заблагорассудится, создав себе репутацию вечно болеющего вундеркинда (не жизнь, а мечта любого подростка — отдельный номер и полная свобода… встречались мы в основном по утрам, чтобы пополнить мой запас карманных денег).
К тому времени он увлёкся строительством и обзавёлся знакомыми по всей стране… Его «строительная мафия» обеспечивала мои самостоятельные путешествия — гостиницы и машины с водителем в любом городе, который привлёк моё внимание. Надоело мне это довольно быстро — слишком буржуазно (но Среднюю Азию и Прибалтику я в таком режиме успела объехать). А лет с семнадцати я перемещалась уже преимущественно автостопом 😉
При этом, сколько бы он ни зарабатывал, денег до зарплаты обычно не хватало… к деньгам и вещам в моей семье все были равнодушны — ценились впечатления;)
В шестнадцать я в первый раз ушла из дома (подальше от начинающейся белой горячки
). Но я готовилась поступать в университет — пришлось через месяц вернуться и задержаться ещё на год… В университет я поступила незадолго до семнадцати… Отец подарил мне 200 р. (по тем временам — немалая сумма… хватило заплатить за комнату за два месяца, купить матрас и перевезти свои вещи). Так я покинула отчий дом, и в гости заезжала изредка.
(а отец тем временем разбогател — временами приносил деньги в коробке из-под ксерокса… в конце 80-х это было модно;))… потом разорился вчистую… и лет в 25 мне пришлось своих родителей «усыновить», поскольку роль кормильца семьи оказалась вакантной).дальше зачёркнуто
В последние 10 лет жизни он не выходил из дома — боялся открытых пространств и был вполне безумен… впрочем, несмотря на прогрессирующую амнезию, на людей посторонних он производил впечатление человека почти адекватного (несмотря на категорическое нежелание одеваться, стричься и бриться) — но жизнь стиралась из его памяти год за годом… он успел дойти примерно до середины 80-х.
Однажды он встретил меня рассказом о приснившемся кошмаре — пережитый ужас ненадолго вернул ему разум. Ему приснилось, что он блуждает по подземелью в полной темноте — и больше там никого нет, только колонны, стоящие через равные промежутки, и ему было ясно, что он будет блуждать там вечность…. он узнал в этом свой персональный ад… а в Бога так и не смог поверить…
Когда-то он был открытым, щедрым, талантливым, добрым и бесстрашным — но жизнь не сбылась…
Временами я не могла его выносить — но научилась у него многому… а под конец научилась заботиться, жалеть и прощать…
Надеюсь, Господь пощадит его…
Источник: ЖЖ